Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Мир Политики

Вторник, 17.10.2017
Главная » 2013 » Июнь » 3 » Игры в (анти)фашистиков
23:56
Игры в (анти)фашистиков
Как говаривал Остап Бендер, «лед тронулся, господа присяжные заседатели». В Украине нарисовался звериный оскал фашизма. Ему навстречу ломанулся не менее звериный оскал антифашизма. Истеричное шоу, в ходе которого фашистики и антифашистики торговали перед публикой своими звериными оскалами, заслонило вопрос о том, имеется ли в Украине фашизм, а если имеется, то в какой форме и кто его на самом деле представляет.

Заодно не худо было бы еще раз понять, что же этот страшный фашизм из себя представляет и возможен ли в наше время фашизм, по крайней мере, в том виде, в каком он известен по опыту ХХ века. Впрочем, на сей счет «экспертов» объявилось больше, чем грязи. Во многих СМИ с заявлениями, содержащими разной степени умничания, нарисовались «специалисты», возопившие: то, что у нас понимается под фашизмом, на самом деле является нацизмом. В ответ с противоположной стороны другие «специалисты» возопили, что в наших «палестинах» нацизм или что-то в это роде – это и есть фашизм… И вообще, какая, на хрен, разница, если главное – заорать о фашизме первым и погромче.

Вся эта склока была украшена буйной картинкой событий 18 мая, когда «спортивные отморозки», зарабатывая несколько десятков «баксов» на новые кроссовки «Адидас» производства Китайской народной республики, пытались при явном попустительстве и даже поддержке ментов побить предполагаемых «фашистов» из «Свободы». Но когда выяснилось, что те и сами подраться горазды, спортсмены-«антифашисты» отметелили пару журналистов, что привело к вселенскому скандалу.

Самое смешное (?!) состоит в том, что фашизм, по крайней мере в мягкой форме – этакий fascism-soft, в Украине уже давно существует, и борьбу с его звериным оскалом следовало разворачивать лет этак 15 с гаком тому назад…

Ну, ладно. Не совсем, к счастью, пока фашизм, но фашизоидные явления имеют место быть где-то со времен «среднеразвитого» Кучмы. Это, знаете ли, как в том анекдоте: «Правда, я похожа на Венеру? – Ну-у, Венера – не Венера, а что-то венерическое есть!».

Вообще-то, на эту тему автором этих строк уже множество раз говорено и писано. Но чтобы в очередной раз показать, что фашизма в том или ином виде у нас давно хватает и без того патриотического балагана, который в последнее время развернула небезызвестная «Свобода», -- а именно ею правящая властно-капиталистическая клика нынче пугает обывателя! – придется кое-что повторить.

Итак, что есть фашизм. Принято считать, что это авторитарная или даже тоталитарная власть замкнутой клики, сопровождаемая насилием и террором, возведенными в ранг государственной политики. Также фашизмом принято считать экстремистские и террористические действия рвущихся к власти тоталитарных политических сил. Во главе правящих фашистских клик или рвущихся к власти группировок часто находится некий харизматичный вождь, фюрер, дуче, каудильо, хотя персонифицированного фюрера может не быть, и его место занимает «группа товарищей», то есть та же клика.

Собственно, само слово «фашизм» подразумевает вышеупомянутые представления, поскольку происходит от итальянского «fasciо» -- буквально сноп, пучок, например, колосьев или дров, а переносном смысле – партия, группировка, опять-таки клика.

Но в этом месте начинается дискуссия, переходящая в «гнилой базар». Разного рода «авторитеты», ссылаясь на справочники, словари и других «еще более авторитетов», твердят, что понятие «фашизм» применимо только к режиму Бенито Муссолини в Италии. Дело не только в итальянской этимологии. Принято считать, что фашизм – это тоталитария, имеющая сугубо социальную основу. Например, у Муссолини все строилось на идее солидаризма всех классов и социальных групп, даже не смотря на объективные социально-экономические антагонизмы между ними, которые должны объединиться вокруг дуче и его партии во имя некоего будущего процветания государства и нации, причем национальная составляющая является второстепенной по сравнению с государственнической и социально-политической. В этом смысле ряд режимов, например, в Латинской Америке можно считать именно фашистскими. Наконец, режим Сталина также вполне подходит под такое определение: прикрываясь абсолютно извращенной идеей коммунизма, Сталин и его клика создали фашистский режим со всеми его атрибутами.

Вслед за подобным определение фашизма, обычно предлагается отличать его от нацизма в гитлеровской Германии, а в смешивании этих понятий, вплоть до подмены и передергивания, обвиняют почившую в бозе советскую пропаганду. На «проклятое советское прошлое» теперь можно все списать, ибо оно уже не сможет ответить…

Сей нескончаемый спор о дефинициях разгорелся в очередной раз после педалирования фашистской тематики властью Януковича и так называемыми коммунистами.

* * *

В ответ хочется напомнить слова из давней песенки «Машины времени»: «Только я заявляю прямо, что это полная ерунда!». Вообще, тех, кто дебатирует на тему суровых отличий фашизма и нацизма, не изучив предварительно хрестоматийную книжку Эриха Фромма «Бегство от свободы», следует дисквалифицировать и отправить обратно в церковно-приходскую школу для повторного прохождения курса наук.

Этот бестселлер, выдержавший только при жизни автора более 25 изданий на разных языках по всему миру, был написан в 1941 году в США, куда немецкий еврей Фромм был вынужден эмигрировать из гитлеровской Германии, где ему довелось воочию наблюдать зарождение и становление фашизма. В Штатах, Фромм столкнулся с невежественным пониманием фашизма как диктаторской власти, якобы поработившей обывателей, причем такое мнение бытовало и среди публики, претендующей на интеллектуальность.

Проследив генеалогию западного социума от Реформации до фашизма и далее до потребительского общества, разработав социальную характериологию на основе глубинной психологии масс, Фромм убедительно показал, что причиной фашизма является, прежде всего, не фюрер и не фашистская клика, а толпа, обладающая авторитарно-приспособленческим социальным характером. Именно масса, неспособная или нежелающая решить социальные проблемы, этой же массой порожденные, масса агрессивная или жаждущая разрушений с целью удовлетворения иррациональных деструктивных страстей, масса, состоящая сплошь из приспособленцев и соглашателей, является той питательной средой, которая и взращивает все эти фашизмы, нацизмы и прочие социальные извращения, Именно толпа выдвигает из себя фашизм, который является лишь производным от социальной патологии.

Истоки фашизма Фромм назодит в следующих типах "социального характера".

Авторитаризм – это бегство от свободы и ответственности путём привязывания себя к объекту поклонения (мазохизм) или подавления (садизм). Мазохизм – желание опереться на внешнюю силу, унизиться перед нею для обуздания чувства беспомощности; этой силой может быть власть и «фюрер», партия и социальный институт, фирма и её «босс», банда и её «пахан», расхожее мнение и т.н. «здравый смысл». Садизм – страсть к господству, эксплуатации, грабежу моральному и материальному, удовлетворение от чужих физических и духовных страданий. Садизм и мазохизм порождают друг друга через компенсаторные механизмы психики (Юнг).

Приспособленчество (конформизм) развито в разрекламированном информационном (пост)индустриальном обществе, где свобода и индивидуализм есть иллюзия, человек не осознаёт несвободу, превращаясь в «винтик» бюрократической машины, капитал, который следует выгодно вложить; силовое давление заменяется манипулированием; человек беспомощен перед властью, институтами, бизнес-структурами, которые сам создал.

Разрушительность (деструктивность) накапливается в обществе с авторитарно-приспособленческой психологией: жизнь имеет свою динамику; будучи угнетённой, психоэнергия направляется на разрушение объекта ненависти – человека, институции, власти, часто окружающего мира и даже самого себя.

Фромм выделяет и творческий характер, который направлен на познание и разумное преобразование мира. Но пораженное разного рода социальными язвами общество продуцирует преимущественно приспособленческую и авторитарно-деструктивную психологию толпы.

Если вернуться к определению авторитарного характера – а именно его Фромм считал одним из важнейших элементов фашизма, – то становится очевидным, что особого различия между фашизмом и нацизмом. Точнее, нацизм – это частный случай фашизма. Выражаясь языком психоанализа, точнее глубинной психологии, нацизм Гитлера и фашизм Муссолини имеют одинаковые бессознательные психологические корни, но разные поверхностные рационализации глубинных иррациональных импульсов.

Вообще-то, это является банальщиной в течение уже более 60 лет: фашизм – это не только, часто не столько социально-экономическая и политическая, сколько психологическая проблема, неразрывно связанная, тем не менее, с социально-экономическими противоречиями и политическими интересами и амбициями. Но почему-то, когда речь идет о фашизме во все его разновидностях, не слышно голоса психологов. Речь идет о психологах, реально владеющих знаниями об иррациональной основе индивидуальной и массовой психики, а таких, кстати, не так уж и много.

Зато на эту тему во всю глотку орут разного рода болтуны-политологи, полубезграмотные политиканы, представители «журнализма» и прочая публика, не давшая себе труда почитать серьезные книжки и соотнести их содержимое с реальным опытом, которого, к тому же, большинство из них просто не имеет. Они тщатся что-то объяснить, ссылаясь на некую устоявшуюся терминологию, содержащуюся в общепринятых справочниках. Например, доводилось видеть глубокомысленные заявления о том, что в Европе нацистами принято считать только членов гитлеровской партии NSDAP – NationalSozialistische Deutsche ArbeiterPartei. Почему? Ну, вот так у них принято! Чем от гитлеровцев с их антисемитизмом и расовыми бреднями отличались хорватские усташи, уничтожавшие сербов, и сербские четники, изводившие хорват ничуть не меньше, чем гитлеровцы – еврее в цыган? А чем от них всех отличались младотурки, учинившие геноцид армян? Правильный ответ: ничем! А что сие мнение составители словарей не включили в свои творения – то это значит лишь то, что книжная теория безнадежно отстает от социальной практики.

* * *

Существует еще одно, социально-экономическое и политическое определение фашизма, которое также симпатично автору этих строк. Оно должно быть хорошо известно людям среднего и старшего поколения, учившимся по советским учебникам. С тех пор ничего особо не изменилось. Эту трактовку недавно в интернет-издании «Украинская правда» весьма кстати напомнил бывший народный депутат трех созывов Юрий Гнаткевич.

Так вот, в советское время абсолютно обоснованно утверждалось, что фашизм – это открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических элементов финансового капитала. Эта формулировка восходит к присной памяти главе болгарской компартии Георгию Димитрову, который с трибуны Конгресса ІІІ Интернационала заявил: «Фашизм – это открытая террористическая диктатура наиболее реакционных, наиболее шовинистических и наиболее империалистических элементов финансового капитала… Фашизм – это не надклассовая власть и не власть мелкой буржуазии или люмпен-пролетариата над финансовым капиталом. Фашизм – это власть самого финансового капитала. Это организация террористической расправы с рабочим классом, революционной частью крестьянства и интеллигенции. Фашизм во внешней политике – это шовинизм в самой грубой форме, который культивирует зоологическую ненависть к другим народам».

По современным меркам, такая, весьма резкая, но правильная формулировка все же хромает, хотя во времена Димитрова она была намного более адекватной. В разговоры на тему о том, насколько дефиниции вообще способны адекватно отражать реальность, вдаваться не будем, а отметим лишь, что полностью адекватных определений и терминов в принципе быть не может, и это можно научно обосновать.

В целом абсолютно верно характеризуя социально-экономический и политический облик реального итало-германского фашизма первой половины ХХ века, такое определение ничего не говорит о психологических корнях фашизма, а также плохо применимо к другим разновидностям фашизма. Например, сталинский фашизм из власти финансовой олигархии объяснить невозможно, хотя сталинскую клику можно считать олигархической, но в другом смысле. Сталинизм следует истолковывать прежде всего с социально-психологических, даже экзистенциальных позиций, но отнюдь не с экономических.

Фашистские режимы Латинской Америки в ХХ века нормально истолковываются как режимы, формой и содержанием которых был компрадорский грабеж своих стран и подавления всех, кто этому пытался воспротивиться. Возможны даже некие национальные мотивы. Но всеобъемлющие мотивы шовинистические там обнаружить трудно, ибо это мелкие «хуторянские» режимчики, главари которых не обладали достаточным уровнем мозгов для империалистического космополитизма, а без этого настоящий шовинизм представить трудно. Кстати, подобное замечание справедливо и для характеристики фашизодных проявлений в Украине, о чем далее. Зато американский, британский, германский, российский, японский и китайский шовинизмы представить можно, не сильно напрягаясь. Проще говоря, понятие шовинизма скорее применимо к странам, имеющим геополитические амбиции и обладающие для этого реальными силами и средствами.

Впрочем, бывает и мелкий шовинизм, например, шовинизм поляков по отношению к украинцам или чехов по отношению к словакам. Но это уже не шовинизм, а так себе – местечковый «шовинизмик», ибо говорить, например, о «чешском шовинизме» – это как-то несерьезно.

Формулировка Димитрова, перекочевавшая затем в советские словари и учебники, становится понятной, если исходить из идеологической борьбы того времени. Фашизм в общепринятом понимании есть порождение западной «демократии», что бы там ни говорили, особенно если говорить о гитлеризме. Чтобы хоть как-то отвести внимание от этого неудобного факта, западная идеология пыталась навязать следующий миф: дескать, жил-был демократический капитализм, но тут, откуда ни возьмись, пришли мальчиши-плохиши в виде фашистов-нацистов и прочих отморозков, подмяли под себя демократию, прибрали к рукам демократический капитализм и поставили над ним фашистскую террористическую власть.

Справедливо отбрасывая такие «отмазки», Димитров подчеркивает, что фашизм произрастает из самой природы монополистического капитализма, который сращивается с государством. Фашизм в том или ином виде – это продолжение капиталистических, а в широком смысле – даже товарно-денежных, общественных отношений, укрепление власти олигархии как наиболее богатой части общества, но уже другими методами, поскольку обычными, так называемыми демократическими методами правящему классу удержать власть, упрочить и расширить ее или уже не удается, или представители этого класса не способны это делать с соблюдением демократических «приличий».

Последняя трактовка очень хорошо характеризует ситуацию в Украине, о чем далее.

* * *

Собственно, вернемся к развернувшимся ныне в Украине играм в (анти)фашистиков.

Под фашистами нынешняя власть имеет в виду, естественно, партию «Свобода», которая регулярно отмечается националистическими выходками. Именно навстречу звериному оскалу фашизма в лице «Свободы» регионалы бросили не менее звериный антифашистский оскал. Сейчас много и, наверное, справедливо, говорится о том, розыгрыш (анти)фашистской карты является предвыборной технологией. Глубоко вдаваться в грязных политических инсинуаций не будем, но кое-что отметим.

Прежде всего следует сказать, что Януковичу и регионалам на президентские выборы идти не с чем. «Покращення» не наступило и не наступит – ни вчера, ни сегодня, ни завтра, о чем наверное, уже догадались самые недогадливые. Дружбы с Россией, да еще такой, которая принесет ощутимые материальные дивиденды рядовому обывателю, даже пророссийскому, не наступило и наступить не может, ибо современная Россия – это ярчайший образчик капиталистического империализма, который стремится прибрать к рукам все вокруг. Русский язык как второй государственный – это слишком мало даже для «языкоозабоченной» публики, поскольку экономическая ситуация неуклонно ухудшается, а язык на хлеб не намажешь и в карман не положишь.

Чтобы не тратиться сильно на предвыборный подкуп масс, откупившись какой-нибудь одноразовой сотней гривен к выборам, можно запустить что-нибудь щекочущее нервы и сидящее в психическом архетипе масс. Здесь фашизм и память о трагедиях, которые он принес, – это «самое то». Поэтому был взят курс на раздувание (анти)фашистской истерии. Тем более, есть данные, что власть Януковича наняла московских политтехнологов, а те действуют по старым, дубовым лекалам на противопоставлениях типа «наши-немцы», «фашисты-наши» и так далее.

Есть версия, что таким образом готовится вывод во второй тур выборов Януковича и Тягнибока: дескать, все «люди доброй воли», скривившись, проголосуют за Януковича, чтобы «не было войны», точнее, «чтобы не было фашизма». Также циркулируют слухи, что таким образом расчищают место для выхода во второй тур вместе с Януковичем Виталия Кличко и победы последнего. Впрочем, есть и противоположная версия: таким образом, наоборот, хоронится рейтинг набирающего сейчас популярность, в том числе на Донбассе, Кличко, поскольку он входит в оппозицию и «дружит» с Тягнибоком, то есть с фашизмом. Впрочем, все эти политологические «мансы» нам мало интересны…

Вопрос в другом: можно ли считать «Свободу» Тягнибока фашизмом или, если кому-то больше нравится, нацизмом, то есть явлением столь опасным, что против него нужно разворачивать истеричную и всенародную антифашистскую борьбу?

Здесь интересная деталь. Недавно видный регионал и «главный хюндай» Украины Борис Колесников громогласно заявил: «У ВО "Свобода" нет никакой идеологии… Если убрать национализм, близкий к нацизму, скажем, то ничего не останется». Ну-у, тут «Богя» зарапортовался! Как-раз у «Свободы» идеология есть, причем примерно такая, как заявил Колесников – национализм на грани нацизма… Ну и что?! Автор давно наблюдает за выходками «Свободы», и чем дальше, тем больше ее телодвижения напоминают оперетку, шоу. За «Свободу» проголосовали потому, что многие избиратели питали иллюзии, что эта политсила, образно говоря, сумеет «надавать по морде» обнаглевшей власти Януковича. Но дальше обещаний дело не пошло.

В этом месте вспоминается эпизод из жизни Александра Гриневского, который более известен как Александр Грин – автор «Алых парусов», «Бегущей по волнам», «Блистающего мира» и других прекрасных произведений. В молодости Грин входил в эсеровскую революционно-террористическую ячейку. Одного революционного деятеля писатель описывал так: «Это был болтун. Ничего революционного он не делал, но все время пугал окружающих воплями: «Надо бросить бомбу! Когда мы перевешаем всех этих м-мерзавцев?!».

Нечто подобное наблюдается и со «Свободой». Да, они что-то там блокировали, с кем-то дрались, о чем-то орали. Но результат этого – нулевой. Точнее результат есть – пиар. «Свобода» и ее «хлопці» все время на виду, но больше ничего. Это классический случай соотношения «быть и казаться». Эти – хорошо «кажутся», а что касается «быть», то здесь полная пустота.

Ярким примером является последний эпизод, когда депутаты «Свободы» выломали двери в Киевраде. Якобы для того, чтобы напомнить, что ее полномочия истекают, а также чтобы, как они сами анонсировали, «пресечь преступный дерибан земли в столице». Двери выломали, пошумели, зарисовались перед камерами, телесюжеты о них прошли по всем каналам и другим СМИ. Вдоволь наигравшись, они ушли, а Киеврада безо всякого противодействия со стороны «щирых защитников земли киевской» отдала на разграбления земли бывшего совхоза «Пуща Водица». Старые сады на Виноградаре, которым уже более 80 лет, будет вырублены. Последнее пригородное сельхозпредприятие, снабжавшее киевлян сельхозпродукцией, будет уничтожено. Да собственно, оно уже почти уничтожено. Тысячи людей потеряют работу, а многие – еще и служебное жилье в общежитии. А еще Киеврада отклонила протест прокуратуры на ее решении о выделении земли под развлекательное заведение в урочище Черторой, где уже полным ходом идет уничтожение природного ландшафта.

Но «хлопці Тягнибока» даже не дождались рассмотрения этих вопросов, а удалились, как только поняли, что в анналы телевидения и сводку новостей они уже попали…

А идеология у них действительно есть, но от этого ни жарко ни холодно. Здесь опять следует обратиться к творческому наследию все того же Фромма, который разделял идею и идеологию. По Фромму, идея – это глубокое убеждение, ради которого индивид или группа таковых готовы многим жертвовать. В свою очередь, идеология – это безжизненная идея, в которую уже не верят, но используют ее в качестве вывески, иногда для «отмазки», оправдания, а часто это поверхностная красивая рационализация глубоких неприглядных бессознательных импульсов.

Так вот, складывается впечатление, что у «Свободы» имеет место именно идеология. Глядя на этих обеспеченных буржуа, стремящихся занять комфортную престижную ступеньку в социальной иерархии. А что для этого нужно «побузить» – так ведь никто не обещал, что будет легко, а искусство, как известно, требует жертв.

Вместе с тем, «Свобода» с ее «фарионскими» выходками является идеальным спарринг-партнером для регионалов и Януковича для укрепления фашизоидной власти…

* * *

А фашизм, по крайней мере, фашизоидные проявления в Украине существуют давно. Для его существования не нужна никакая «Свобода» и ее бутафорский национализм. Для фашизма у нас есть все вышеупомянутые «источники и составные части», как социально-психологические, так и социально-экономические.

Основы фашизоидной формы и содержания политической и социальной структур были заложены еще во времена Кучмы, провозгласившего лозунги о неких «реформах». Кучма реализовал свои лозунги, но своеобразно. Его «реформы» заключались в том, что во многом были демонтированы социальные достижения позднесоветского государства, подавлены возникшие во времена перестройки зародыши народовластия, заложены основы право-капиталистического государства с опорой на крупный мафиозный капитал. В этом смысле Кучма преуспел и в «наведении порядка», точнее в установлении нового порядка: хаотичный дерибан советского общенародно-социалистического богатства, начатый при Кравчуке, при Кучме обрёл стройные и законченные формы тотальной экспроприации подавляющего большинства населения, передачи национального богатства в руки нескольких мафиозных кланов под лозунгом о создании «крупного национального капитала» и срастания капитала с государством. Наконец, в «борьбе с коррупцией» были также достигнуты несомненные успехи: было создано «шантажистское государство» с опорой на налоговые и полицейские органы, к чему изрядно приложил руку нынешний премьер Николай Азаров.

Именно кучмизм развеял по сей день бытующие среди доморощенных либерал-демокрастов мифы. Оказывается, диктатура может быть не только левой, например основанной на извращённых коммунистических идеях, как это уже было в нашей истории. Оказывается, капитализм – это далеко не синоним свободы, демократии, свободного предпринимательства и прочего либерализма. Оказывается, не ограниченный гражданскими и социалистическими рамками государственно-монополистический капитализм в пределе стремится к фашизоидной власти с опорой на крупный капитал, которому, кстати, никакой «рынок» абсолютно не нужен!

Власть Януковича и компании является логическим продолжением кучмизма и доведения его полностью законченных форм. Но есть и некоторые отличия.

Но по сравнению с регионалами, Кучма всё же имел неоспоримые преимущества, ибо Кучму воспитывали не на бандитски-воровских нравах и понятиях, но на совершенно иных ценностях, а вышел он не из «фарцовки», «цеховиков», «бригадных генералов», «авторитетов на районе» и т.п. «Моральный кодекс строителя коммунизма», «Поднимем страну из послевоенных руин!», «Создадим ракетно-ядерный щит ценой неимоверных лишений, месяцев, проведённых на пусковых объектах в азиатских степях, даже ценой жизни!», «Отправим первого советского космонавта в Космос!», «Преобразуем отдалённые районы Сибири и Дальнего Востока!», «Проникнем в тайны Космоса, материи и атомного ядра!» – вот далеко не полный перечень лозунгов, на которых воспитывался «Леонид Второй», и это были далеко не самые плохие лозунги и воспитание в истории земной цивилизации! Даже если Кучма, занимая партийно-комсомольские должности, не исповедовал сию, по сути, светскую религию, а лицемерил в карьерных целях, то всё равно, эти ценности задавали непререкаемое alter-ego и рамки, из которых трудно было выскочить – по Карлу Юнгу, это содержания психики со сверхвысокой аффективной нагрузкой, обусловленной архетипом с мощнейшим энергетическим потенциалом, но в подробности вдаваться не будем.

Наконец, в кланово-капиталистическом государстве – в 1990-х оно возникало «самотёком» по мере экспроприации госсобственности и концентрации капитала, а Кучма этому лишь способствовал – Кучма был «верховным разводящим папой», не становясь на сторону ни одного клана. Он даже своего зятя Пинчука держал на расстоянии, чтобы не наглел. У Кучмы никогда реально не было своей партии – разные там НДП и «Злагоды» не в счёт – и некоторые эксперты считают, что именно это его погубило, хотя скорее его погубило то, что он наоборот, к концу своего правления слишком оперся на Медведчука и слишком много отдал донецкому клану в обмен на, прямо скажем, фальсификации выборов на Востоке, ну и плюс, конечно, дело Гонгадзе и кассетный скандал.

Пришедшие же после ющенковского бардака к власти регионалы с Януковичем окончательно реализовали потенциально заложенную Кучмой возможность создания диктатуры мафиозно-капиталистической клики африкано-латиноамериканского образца, единственной целью которой являются власть и деньги. Трудно согласиться с мнением ряда экспертов о том, что без хоть какой-нибудь идеологии диктатура долго не протянет и быстро развалится. Диктатура, может, без идеи и не просуществует, что тоже весьма спорно, но дерьмократура без идеологии уж точно сможет жить долго и счастливо, пока не натолкнётся на реальную политическую силу, опирающуюся на социальную базу…

Таким образом, современная Украина наглядно подтверждает 70-летней давности тезис Георгия Димитрова о том, что обретший государственные формы фашизм – это всевластие финансово-промышленного мафиозного капитала, сросшегося с государственной бюрократией и опирающегося на карательно-полицейские органы вплоть до террора. В качестве инструмента подавления инакомыслящих в таких случаях часто используются бандиты, что и наблюдалось 18 мая во время известных скандальных событий. Кстати, нечто подобное имело место и 27 мая: когда под здание министерства внутренних дел пришли журналисты с протестами, на них набросились молодчики явно выраженной «антифашистской внешности», а милиция при этом, как обычно, делала вид, что ничего не замечает.

Но не следует преувеличивать значение этого бандючья. Да, на волне безработицы, отупления толпы, бесперспективности найдется достаточное количество моральных уродов наподобие ставшего знаменитым «румына», готовых за «сотку баксов» отметелить кого угодно. Но это следствие, а не причина. Наемное бандючье – оно потому и наемное, что его кто-то нанял, что на него есть платежеспособный заказ. А такой заказ формирует воцарившаяся в стране мафиозная властно-капиталистическая клика фашизоидного образца, которая готова подпитывать «спортсменов» с тем, чтобы в нужный момент по команде «фас!» они кого-нибудь отметелили.

* * *

Кроме социально-экономических, в Украине есть и вышеуказанные массовые психологические предпосылки для фашизоидных проявлений. Да, времена авторитарного характера, который лежал в основе гитлеризма и о котором в свое время много писали такие классики жанра как Эрих Фромм и Теодор Адорно, ушли в прошлое во всем более или менее цивилизованном мире, а в Украине его в массе действительно нет. Психология толпы скорее имеет приспособленческо-потребленческие черты, хотя садомазохистские моменты тоже просматриваются.

Но если вспомнить историю, то и в момент прихода к власти Гитлера количество желающих «самозабвенно стать в ряды под знамена фюрера». Здесь опять-таки придется обратиться к творческому наследию Фромма.

1931 год. В Германии только что прошли выборы цеховых старост и депутатов рейхстага. Они показали: большинство немцев против нацизма, а Гитлера поддерживает незначительная часть населения. В это время Франкфуртский институт социальных исследований провёл анкетирование, в котором принимал участие молодой сотрудник института Эрих Фромм. Анкетирование было подобно изучению спонтанных бессознательных установок методом «свободных ассоциаций» в психоанализе. Оказалось, что 10% респондентов имеют «авторитарный характер»; чувство силы и уверенности им даёт садо-мазохистский психо-симбиоз с властью – стремление подчиняться самому, подчинять себе других, быть частью власти; это коррелировало с числом приверженцев Гитлера на выборах. Другие 15% имели демократический характер – они дорожили личной свободой, отказывались унижать и эксплуатировать других и фашизм не поддержали бы. Остальные 75% имели смешанный характер, на словах тоже были «за демократию», но повинуясь стадному инстинкту, последовали бы за фашиствующей толпой. Итак, всего 10% фашистов, но Фромм делает странный вывод о том, что фашизм в Германии вполне возможен из-за равнодушия массового обывателя. Руководители института Теодор Адорно и Макс Хоркхаймер эти выводы замолчали. Правота Фромма подтвердилась уже в 1933г., когда, спасаясь от фашизма, институту пришлось срочно эвакуироваться в США, тем более что в его составе было много евреев.

Еще раз повторим, что истоком нынешней фашизоидной власти является психология толпы, являющаяся питательной средой для появления Януковичей, Ахметовых, Колесниковых и прочей публики. Кстати, вышеупомянутые «фюреры» нынешнего режима, по большому счету являются ничтожной серостью, но, как писали братья Стругацкие в своем бестселлере «Трудно быть богом»: «Там, где царит серость, к власти приходят черные». Здесь вообще интересны параллели с упомянутой книжной, например, в описании местного фашизоидного узурпатора власти в Арканарском королевстве дона Рэбы: «Три года назад он вынырнул… мелкий, незаметный чиновник, угодливый, бледненький, даже какой-то синеватый… и словно на… трупах вырос исполинским бледным грибом этот цепкий, беспощадный гений посредственности. Он никто. Он ниоткуда. Это не могучий ум при слабом государе, каких знала история, не великий и страшный человек, отдающий всю жизнь идее объединения страны во имя автократии… Не высокий, но и не низенький, не толстый, но не и очень тощий, не слишком густоволос, но и далеко не лыс. В движениях не резок, но и не медлителен, с лицом, которое не запоминается, которое похоже сразу на тысячи… не блещущий… никакими особенными мыслями…Что он ни задумывал, всё проваливалось. Он натравил друг на друга два влиятельных рода, чтобы ослабить их и начать широкое наступление на баронство. Но роды помирились… и отхватили у короля изрядный кусок земли… Он объявил войну Ирукану, сам повёл армию к границе, потопил её в болотах и растерял в лесах, бросил всё на произвол судьбы и сбежал обратно в Арканар. Благодаря стараниям дона Гуга... удалось добиться у герцога Ируканского мира – ценой двух пограничных городов, а затем королю пришлось выскрести до дна опустевшую казну, чтобы бороться с крестьянским восстаниями, охватившими всю страну. За такие промахи любой министр был бы повешен за ноги на верхушке Весёлой Башни, но дон Рэба каким-то образом остался в силе. Он упразднил министерства, ведающие образованием и благосостоянием, учредил министерство охраны короны, снял с правительственных постов родовую аристократию и немногих учёных, окончательно развалил экономику, написал трактат "О скотской сущности земледельца" и, наконец, год назад организовал "охранную гвардию" -- Серые Роты».

Ну, прямо как с Януковича и компании писалось!

И все же – опять повторим! – проблема не в доне Рэбе, а в низменных страстях толпы, порождающей фашизоидные проявления: «Можно дать им всё. Можно поселить их в самых современных спектроглассовых домах, и научить их ионным процедурам, и всё равно по вечерам они будут собираться на кухне, резаться в карты и ржать над соседом, которого лупит жена. И не будет для них лучшего времяпрепровождения. Рэба -- чушь, мелочь в сравнении с громадой традиций, правил стадности, освящённых веками, незыблемых, проверенных, доступных любому тупице из тупиц, освобождающих от необходимости думать и интересоваться… Они были пассивны, жадны и невероятно, фантастически эгоистичны. Психологически почти все они были рабами -- рабами веры, рабами себе подобных, рабами страстишек, рабами корыстолюбия. И если волею судеб кто-нибудь из них рождался или становился господином, он не знал, что делать со своей свободой. Он снова торопился стать рабом -- рабом богатства, рабом противоестественных излишеств, рабом распутных друзей, рабом своих рабов… Они были слишком пассивны и слишком невежественны, а пассивность и невежество вновь и вновь порождали рабство».

* * *
Поводя итоги, отметим следующее. Да, фашизоидный режим в Украине, к счастью, весьма слаб. До сих пор ситуация в стране и в мире складывалась не в пользу тоталитарии, но с разрастанием кризиса демократические права и свободы сворачиваются и в намного более «развитых» странах. Слабость режима, во многом, определяется и внутренними разборками между олигархами, на которых режим держится. Плюс к этому, Украина является слишком неоднородной и анархичной страной, чтобы выстроить здесь что-то по-настоящему фашистское. Даже тот факт, что власть кинулась разыгрывать (анти)фашистскую карту говорит скорее о расколе и слабости.

Наконец, тотальная коррумпированность в силовых органах едва ли позволит выстроить тоталитарную власть. Кстати, бытует справедливое мнение, что именно слабость, продажность и ленивость ненасытной силовой гидры, на которую режим бездарно тратит миллиарды, заставляет ее прибегать к услугам разного рода бандючья, поскольку один «румын» за 50 баксов может навести больше шороху, чем целое РОВД, где уже полностью разучились что-либо делать без взяток.

В то же время, тот факт, что власть окончательно выжила из ума от дурости и бесперспективности, а потому принялась свои фашизоидные выходки маскировать антифашизмом, вызывает крайнюю обеспокоенность.

А потому напомним старый лозунг: «Будьте бдительны!»
Категория: Украина: Актуально | Просмотров: 430 | Добавил: Anubis | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Проверка тиц Яндекс.Метрика